Настанет день -- печальный, говорят!

Отцарствуют, отплачут, отгорят,

-- Остужены чужими пятаками-

Мои глаза, подвижные как пламя.

И-двойника нащупавший двойник-

Сквозь легкое лицо проступит лик.

О, наконец тебя я удостоюсь,

Благообразия прекрасный пояс!

***

А издали -- завижу ли и Вас? --

Потянется, растерянно крестясь,

Паломничество по дорожке черной

К моей руке, которой не отдерну,

К моей руке, с которой снят запрет,

К моей руке, которой больше нет.

***

На ваши поцелуи, о, живые,

Я ничего не возражу -- впервые.

Меня окутал с головы до пят

Благообразия прекрасный плат.

Ничто меня уже не вгонит в краску,

Святая у меня сегодня Пасха.

***

По улицам оставленной Москвы

Поеду -- я, и побредете -- вы.

И не один дорогою отстанет,

И первый ком о крышку гроба грянет,

И наконец-то будет разрешен

Себялюбивый, одинокий сон.

И ничего не надобно отныне

Новопреставленной боярыне Марине.

(11 апреля 1916, 1-й день Пасхи)