Художник когда-то умрёт,

Состарясь в мольбертовской лямке.

Останется жить натюрморт,

В кустарно сработанной рамке.

Лимоны, арбуза излом,

В стакане – анютины глазки…

За хрупко блестящим стеклом,

Упрячутся яркие краски.

Но лет через сто пятьдесят,

Спохватятся умные внуки,

Картина найдёт адресат,

И снимут умелые руки

Её с коммунальной стены,

Чтоб с лучшими кисти дарами,

Ей в главном музее страны,

Висеть в позолоченной раме.

Полотен торжественный ряд:

Сезанн, Айвазовский, Эль-Греко,

И их вдохновенный собрат -

Художник двадцатого века.

И будет дивиться народ,

Картины его многоцветью…

Художник когда-то умрёт,

Но кто доживал до бессмертья?!

(Невельский Евгений)