Искусство Крыма IV-XIII вв

Вместе с тем все сильнее сказывались исконные связи Херсона с Ближним Востоком. В XIII веке художественные формы, пришедшие из Закавказья и Ирана через Малую Азию, стали в искусстве Херсона и всей Таврики господствующими. Среди херсонских гончаров, изготовлявших поливную посуду, завоевали популярность типичные кавказо-персидские орнаментальные мотивы—лилия, различные арабески; среди изображений появились сирин—священная райская полуптица-получеловек, священный крылатый конь с человеческой головой—образы, хорошо известные в качестве покровителя человека (апотропеи) в искусстве Ирана и Закавказья еще в сасанидское время (в V—VI вв.), зато совершенно чуждые византийскому культурному миру. Мы встречаем здесь и блюда с изображением птицы, окруженной змеями,— мотив, уходящий корнями в глубокую языческую древность и отображающий две стихии—небо (птицы) и землю (змеи), которым поклонялся человек. В значении оберегов, хотя и смутно осознаваемых, эти образы в народном искусстве стран Ближнего Востока дожили до зрелого средневековья, а в византийском искусстве они удерживались лишь в провинции.

В поливной керамике Херсона появились и целые композиции, заимствованные из дорогой иранской фаянсовой керамики XII—ХIII веков, расписанной люстром: вооруженный луком всадник с соколом в руке, окруженный птицами; пирующий царь (или знатный человек), сидящий по-восточному, поджав ноги.. Появилась и имитация арабских надписей, превратившихся в орнаментальную вязь.