Девяностые - начало девятисотых годов

Каждый из набидов имел свой собственный способ и источник обретения этой заведомой условности. Сюда входило и увлечение Востоком, и обращение к декоративно-прикладным задачам, которое вносило поправки в станковую живопись. Можно сказать, что почти все французские живописцы — от Гогена до набидов (если не считать салонно-академической линии) — пользовались этой априорной условностью, этим методом "двойного преображения" реальности. Один лишь гениальный Сезанн сохранял прямой диалог с натурой; к тому же выводы, к которым он приходил, отличались большей глубиной ее обобщения, чем тот, которого достигали мастера Ар Нуво. Именно это и ставит Сезанна вне модерна.

Французская живопись Ар Нуво знает очень большое количество различных вариантов. Например. Сера, который в течение 80-х годов преодолевает импрессионизм и затем через неоимпрессионизм приходит перед самой смертью к несомненному Ар Нуво, свидетельством чему является, например, его незаконченный "Цирк" (1890—1891). Или символизм академического типа, тяготевший к модерну, но не достигавший чистоты его проявления, кстати, именно в 1892 году открывается первая выставка "Розы и креста".

Различные градации и вариации модерна дают такие мастера, как Бернар, Анкетен, Серюзье. Но при всем их различии, французских живописцев этого времени объединяет общее стремление к созданию живописного панно вместо прежней станковой картины малого размера, тяготение к декоративности, к особой роли цветового пятна, к выявлению силуэта, к подчеркиванию линии на картинной поверхности, к орнаментации, к линейной ритмике, к поискам в самой линии какого-то выразительного смысла. Это все и есть внешние признаки нового живописного стиля. Так или иначе создается картина, в которой доминирующей оказывается линия Ар Нуво.

Англия. Если Франция с заметным усилием развивала те начала, которые зародились в 80-е годы, то в Англии существенного различия между 80-ми и 90-ми годами не было. Правда. 90-е дали Бёрдсли или такого мастера архитектуры и прикладного искусства, как Макинтош, возглавившего школу Глазго. При этом в 90-е годы органично продолжалось развитие тех мастеров, которые в 80-е уже сказали свое слово. Еще было активным движение искусств и ремесел. Эшби, Войт, Уолтон, Моррис, который в 90-е годы по-прежнему изготовлял обои и печатал книги в своей типографии.— все они внесли свой вклад в развитие модерна, и этот вклад был немалым. Однако, за редким исключением, здесь не было новых открытий, а было продолжение прошлого, приводившее подчас к вершинам стиля. При этом доминировала прикладная проблематика. Даже Бёрдсли сформировался не как мастер станковой графики, а как журнальный и книжный мастер, иллюстратор. Ни одного большого живописца Англия 90-х годов не дала.