Искусство после второй мировой войны

Кое в чем близки неореалистам художники, которых принято называть "живописцами реальности". Это А. Кадью, П. Жилу, Ж. Абей и другие, посвятившие свое творчество изображению жизни простых людей, их проблемам, быту, досугу. Но в отличие от Фужерона или Таслицкого, их искусству чужда масштабность. Прозаизм художественного видения этих живописцев, иллюзорность их письма доходят подчас до того, что критики (и не без основания) сближают их с фотореалистами. Так же близок неореалистам и Эдуард Пиньон. Выходец из шахтерской семьи, сам работавший на шахте и заводах, Пиньон близко к сердцу принимал судьбы простых людей, о чем свидетельствуют его картины 30—60-х годов, написанные в экспрессивной манере и посвященные рабочим, шахтерам, рыбакам ("Слава шахтерам Астурии", "Мертвый рабочий", цикл о рыбаках Остенде и другие). Пишет Пиньон пейзажи, пляжи, купальщиков, обращается к теме материнства — одним словом, стремится к широкому охвату жизненных явлений. В стилистике его произведений чувствуется влияние Пикассо и Матисса. Реальность, к которой обращается художник, предстает в его картинах в формах, подчас мало напоминающих действительность. Отталкиваясь от конкретного впечатления, Пиньон нередко балансирует на грани изобразительного и неизобразительного, приближаясь к экспрессивной абстракции (например, холсты о войне. 1968— 1969). Глаз с трудом различает в них какие-то отдаленные намеки на самолеты, танки, всполохи огня. Однако общее ощущение катастрофы, безусловно, передано.

Значительных результатов Пиньон добился во внестанковых видах искусства: керамике, над которой он работал вместе с Пикассо в Валлорисе. и театрально-декорационном искусстве. Художник готовил декорации к постановкам Брехта. Чехова. Мюссе в Народном театре Жана Вилара. Здесь в полную меру находили выход присущие Пиньону чувство цвета, фантазия, темперамент.

Успехом в послевоенной Франции пользовались произведения Бернара Бюффе. Они обладали ярко выраженной спецификой, и критика назвала даже Бюффе главой целого направления — мизерабелизма (от французского слова "мизерабле"— несчастный, обездоленный, отверженный). Что бы ни изображал художник—пейзажи Парижа или Ла-Рошели. вазы с цветами или фруктами, животных, птиц, человека, он неизменно писал их так. что воссозданная картина мира выглядела печальной, хрупкой, ущербной. Главным выразительным средством Бюффе является жесткая, ломкая линия. Лучше всего с ее помощью передается архитектура. Есть какая-то рафинированная и холодная поэзия в этих устремленных к небу вертикалях башен, колоколен и деревьев, в отчетливо выявленных очертаниях домов, тротуаров, тумб. Но человека в городских пейзажах Бюффе нет, как нет вообще никакого движения. Все словно бы вымерло, остановилось. Когда же художник обращается к образу человека ("Женщина с курицей", 1947, "Снятие с креста". 1948, "Автопортрет", 1956, "Женщина и птицы", 1959), он делает его почти бесплотным. Серые вытянутые лица, остановившийся взгляд, цепкие длинные пальцы, с трудом удерживающие предмет, пугающе худые обнаженные части тел. современные костюмы, под которыми не чувствуется плоти,— таков человек Бюффе. человек-страдалец, бесконечно одинокий, даже если он находится в обществе себе подобных.