Так же исполнены и другие одновременные рельефы арки. Выделение размером фигуры императора, статичность фигур, плоскостность, однообразие поз и одежд, обобщенность форм характеризуют эти рельефы. Все отличает их от старого римского повествовательного рельефа, всегда живого, динамичного. Осталась лишь одна традиционно римская черта — изображение конкретных архитектурных сооружений, которые составляют фон для фигур.

В портретном искусстве 4 в. н. э. можно видеть произведения различного стиля. Голова Константина (2,4 м высоты) от колоссальной статуи из базилики Константина в Риме лишь в общихчертахсохраняетпортретноесходство,этоскорее обобщенный образ доминуса, наместника бога на земле, чем живого человека. Огромные, широко открытые глаза с остановившимся взором, ровные дуги бровей спокойно сомкнутые губы, создают впечатление бесстрастности и неземного величия. В этом много сходного с древневосточным искусством, где изображение царя трактовалось как изображение божества, вспомним, например, колоссы Рамсеса II. Еще дальше отстоят от античного реалистического портрета парные статуи (египетского происхождения) из порфира императора и его соправителя. В панцирях военачальников, в военных сапогах, с мечами у пояса и в венцах на головах стоят, обнявшись, два одинаковых лицом властителя. Полное нарушение анатомического строения, неловкость в движении рук, отсутствие индивидуальных черт, обобщенная трактовка лица и вместе с тем тщательная отделка деталей вооружения, обуви говорят, что мастер — создатель этой группы добивался прежде всего доходчивости, понятности содержания. Он хотел показать дружественность и единодушие правителей западной и восточной частей империи, а пластическая анатомия, портретность совершенно его не интересовали.