Расхождение между искусством и техникой достигло высшей точки в XIX веке. "Безобразную" машину украшали искусственно, ее одевали в наряд различных стилей. Но в том же XIX веке начинала пробуждаться и утверждаться идея эстетической самоценности чистой техники, открытой конструкции — идея, реализовавшаяся позже, уже в начале XX века, в "стиле" машинной архитектуры. В 1851 году был построен Хрустальный дворец Пэкстона. в 1887—1889-м — Эйфелева башня. На рубеже столетий архитекторы охотно занималась проблемой "дома для машины", строя вокзалы или фабричные здания. Беренс — классический мастер модерна — в 1909 году завершает строительство турбинной фабрики в Берлине — здания нового машинного типа. А в 1907 году Ольбрих на холме Матильды в Дармштадте возводит Свадебную башню к юбилею свадьбы герцога Гессенского, в архитектуре которой слышатся отзвуки промышленных форм.
Таким образом, нельзя утверждать, что новая архитектура или дизайн в тех своих новых формах, которые присущи XX столетию, начались именно в стиле модерн. Но, с другой стороны, такие представители модерна, как Петер Беренс или Анри ван де Вельде, к концу первого десятилетия XX века стали мастерами промышленной архитектуры и дизайна. Эти факты не могут быть случайными: одни представители модерна отрицали причастность промышленности к искусству; другие, напротив, шли ей навстречу. Видимо, стиль модерн и синтез промышленности с искусством — это категории, располагающиеся в разных плоскостях, но иногда между собой пересекающихся.
Более непосредственное воздействие на становление и развитие стиля модерн имели новые философские системы и концепции конца XIX - начала XX века. К этому времени истощились возможности позитивизма, который являлся мировоззренческой основой многих направлений художественного творчества в течение середины и второй половины XIX столетия. На смену позитивизму пришли различные философские концепции — чаще всего разные варианты так называемой "философии жизни" (бергсонианство, ницшеанство), концепция Кассирера, в более позднее время—фрейдизм и Шпенглер с его эсхатологическими идеями "заката Европы". Ни одну из философских концепций рубежа столетий нельзя считать непосредственным побудителем стиля модерн. Тем более что некоторые из них появляются и утверждаются в европейской философии уже тогда, когда модерн как стиль сложился и функционировал. Но возникает возможность сопоставления этой философии с новым стилем.
"Философия жизни" перенесла акцент философской мысли с проблем гносеологии на проблемы самого мира, самой жизни, которые постигаются в их основах интуитивным путем, а не путем логически-рациональных построений. Жизнь для философов этого круга превращается во всеобъемлющую категорию — изначальную и конечную. Это категория космическая, всепоглощающая.
|