Предпосылки стиля модерн

В Германии Фридрих Линхард в своей книге "Новые идеалы" (1901) говорит о стремлении представителей культуры того времени "соединить в новой форме Крест и Розу. Голгофу и Акрополь". Как бы прямым подтверждением этих слов могла бы явиться картина Макса Клингера "Христос на Олимпе"' (1897), где Христос предстает перед сидящим па троне Зевсом, окруженным другими богами. Здесь сталкиваются, а затем как бы смешиваются язычество и христианство, порождая новый, единый пантеон богов.

Подобный "религиозный эклектизм", царивший на рубеже столетий. был не только свидетельством религиозной непоследовательности или затянувшегося кризиса христианства: он знаменовал стремление общества. миновавшего период рационального позитивизма вновь прикоснуться к иррациональному, непознанному, непознаваемому. Все это не могло не найти отклика в искусстве, в характере его стиля.

В конце столетия оживились многие из тех культурных тенденций, которые были свойственны романтическому времени. Болезненное томление, меланхолия, ирония, пессимистическое чувство безысходности, которые стали отличительной чертой романтизма на новом историческом этапе превратились в своеобразную обыденность, в признак хорошего тона. Дендизм, появившийся в свое время в байроническом варианте, приобрел сгущенный характер, окрасился причудливыми красками. В "униформу" изысканного светского общества входили корсеты, цилиндры и монокли. Образ жизни художников, поэтов, критиков был богемным. Вспомним Уистлера. Оскара Уайльда, Обри Бё'рдсли. Приметы их поведения можно видеть и у русских художников Сомова и Бакста у русских поэтов-символистов. Даже у замкнутого, как бы отчужденного от мира Врубеля в манере вести себя были черты дендизма.