Проблема синтеза искусств в модерне

Искусство приспосабливается к жизни. Этот синтез с жизнью бесконфликтен, прост и прямолинеен. С. Дягилев писал о желании художников "приладиться прямо к жизни и создать для современного человека ту обстановку, в которой заботы становились бы легче, отдых возможнее, а вся жизнь уютнее и радостнее". Та задача, которую сформулировал Дягилев, никак не может сравниться с теми, которые выдвигали перед собой мастера художественного синтеза прежних эпох.

В модерне нет иконфликтности отношений между разными видами искусств в процессе создания синтетического произведения. Как искусство стремилось "приладиться" к жизни, так и каждый вид искусства приноравливается к другому. Здесь самым показательным примером оказывается дом ван де Вельде в Уккле. Мебель там имеет приблизительно те же пропорциональные членения, что и архитектура; живописные панно стену не разрушают, а подчеркивают, вернее — ей соответствуют. Линии контуров, ритмы почти абстрактных полотен художника повторяют общие ритмы интерьера. Силуэт фигуры жены в платье, спроектированном самим художником, вплетается в эту игру линий. В тех случаях, когда одним из важных компонентов синтеза становится живописное произведение, оно все равно подлаживается под общие принципы и художественный язык, использованный в других видах искусства. Художники модерна свято чтили плоскость стены, никогда не рисковали ее нарушить. Живопись, по их мнению, не может находиться в конфликте с архитектурой. Между тем в мировой истории искусства известно немало примеров нарушения и даже разрушения стены или потолка живописным изображением. Наиболее последовательно эта тенденция дает себя знать в монументальной живописи барокко. Но и в Ренессансе мы встречаемся с таким отношением к стене, какое у мастеров модерна было бы сочтено непочтительным.