Нидерландское искусство XV века

Искусство Яна ван Эйка заложило основы, на которых развивалось в дальнейшем нидерландское искусство. В нем впервые нашло свое яркое выражение новое отношение к действительности. Оно было самым передовым явлением художественной жизни своего времени.

Основы нового реалистического искусства были заложены не одним лишь Яном ван Эйком. Одновременно с ним в Турне работал Робер Кампен («Флемальский мастер», около 1380— 1444), творчество которого не только сложилось независимо от искусства ван Эйка, но, по-видимому, и оказало известное влияние на раннее творчество Яна ван Эйка.

В раннем произведении художника — «Рождество» (около 1420—1425 гг.) отчетливо обнаруживаются тесные связи с миниатюрами Жакмара из Эсдена (в композиции, общем характере пейзажа, светлом, серебристом колорите). Архаические черты—ленты с надписями в руках ангелов и женщин, своеобразная «косая» перспектива навеса, характерная для искусства XIV века,— сочетаются здесь со свежими наблюдениями (яркие народные типы пастухов).

В триптихе «Благовещение» (около 1427—1428 гг.) традиционная религиозная тема развертывается в подробно и любовно охарактеризованном бюргерском интерьере. На правой створке — соседняя комната, где старый плотник Иосиф мастерит мышеловки; сквозь решетчатое окно открывается вид на городскую площадь. Слева у двери, ведущей в комнату, коленопреклоненные фигуры заказчиков — супругов Ингельбрехтс. Тесное пространство почти сплошь заполнено фигурами и предметами, изображенными в резком перспективном сокращении, как бы с очень высокой и близкой точки зрения. Это придает композиции плоскостно-декоративный характер, несмотря на объемность фигур и предметов.

Знакомство с этим произведением Робера Кампена оказало влияние на Яна ван Эйка, когда он создавал «Благовещение» Гентского алтаря. Сопоставление этих двух картин отчетливо характеризует особенности более раннего и последующего этапов становления нового искусства. В творчестве Яна ван Эйка, тесно связанного с бургундским двором, подобная, чисто бюргерская интерпретация религиозного сюжета не получает дальнейшего развития; у Кампена мы встречаемся с ней неоднократно. «Мадонна у камина» (около 1435 г.) воспринимается как чисто бытовая картина; заботливая мать греет у камина руки, прежде чем прикоснуться к обнаженному детскому тельцу. Подобно «Благовещению», картина освещена ровным, сильным светом и выдержана в холодном колорите.

От триптиха «Снятие со креста» сохранилась верхняя часть правой створки с фигурой разбойника, привязанного к кресту, у которого стоят два римлянина. В этом монументальном образе художник сохранил традиционный золотой фон. Выделяющееся на нем обнаженное тело передано в манере, резко отличной от той, в которой написан «Адам» Гентского алтаря. Таким же статуарным характером отличаются фигуры Мадонны и святой Вероники — фрагменты другого большого алтаря. Пластическая передача форм, как бы подчеркивающая их материальность, сочетается здесь с тонкой выразительностью лиц и жестов.