Настроение трагической обреченности звучит и в написанном около 1600 года пейзаже "Вид Толедо", где безжизненный призрачный город и вся словно оцепеневшая земля кажутся отданными во власть разбушевавшихся небесных стихий. Оно пронизывает и поздний предполагаемый автопортрет Эль Греко (1605—1608 гг.), в котором художник предстает изможденным, болезненным, с лицом, изборожденным морщинами, с глубоко запавшими глазами, лихорадочное горение которых магнетически приковывает зрителя.
Творчество Эль Греко стоит на рубеже двух великих эпох европейской художественной культуры. В молодости он еще застал поздний расцвет Возрождения в Венеции и был свидетелем торжества маньеризма в Риме. Последние десятилетия жизни художника совпадают с рождением нового искусства — он был современником Караваджо (1573—1610) и первых художников Болонской академии.
Сложное, противоречивое, глубоко индивидуальное искусство Эль Греко не было понято молодым поколением. После его кончины слава его быстро померкла. Лишь в XIX—XX столетиях были заново открыты произведения забытого испанского живописца, и его имя заняло место в ряду имен величайших художников Европы. Страница: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13. |