Основные проблемы стиля модерн

Наиболее последовательно иконография, присущая стилю модерн, выявилась в живописи и графике. В меньшей мере — в скульптуре. Создается своя "иконография" и у архитектуры. Однако именно применительно к живописи и графике можно без всяких натяжек говорить об определенных общностях сюжетов и мотивов, сложившихся прежде всего благодаря идеям символизма.

Необходимо проследить в какие же общности собираются сюжеты и чем вызвано их появление. При этом следует помнить, что каждая национальная школа имеет свою специфическую окраску, проявляя преимущественное тяготение к своему кругу сюжетов, мотивов или тем, хотя этот круг обязательно чем-то окажется близким соседнему.

На рубеже столетий широкое влияние на умы людей оказывают новые философские направления — особенно "философии жизни". Интересно, что прямые отклики этих философских представлений мы найдем в сюжетах и мотивах живописи и графики модерна. Идея роста, проявления жизненных сил, порыва, непосредственного, неосознанного чувства, прямое выражение состояния души, пробуждение, становление, развитие, молодость, весна, танец вакханалия — все эти темы, сюжеты и мотивы, получили в живописи и графике модерна довольно широкое выражение. Например, в немецкой живописи мы находим бесчисленное множество "Вихрей". "Танцев", "Вакханалий", в которых эта идея биологизма может выявиться достаточно адекватно, а к этой идее еще и прибавляется мифологическое начало, о котором речь впереди. Особенно охотно ко всем этим мотивам обращались мастера немецкого Югендстиля — Штук и Хофман. У Штука мы находим такие картины, как "Хоровод", "Вакханалия"; у Людвига фон Хофмана — "Танец", "Экзотический танец". Добавим к ним "Танец" Фидуса или "Вакханку" Габермана. Хофман тяготеет также к мотиву бури. В "Весеннем ветре", преодолевая его порыв, навстречу ему идут, обнявшись, обнаженный юноша и две девушки. В картине "Прибой" перед нами девушки на берегу бурлящего моря.

И в других национальных школах мы найдем немало подобных мотивов. Вспомним "Вихрь" Ф. Малявина (1906), мотивы танца у С. Малютина, А. Бенуа и других.

Многие художники и скульпторы часто обращались к изображению профессионального танца. Танцовщицы были любимыми моделями Тулуз-Лотрека, Шере, которые довольно часто воссоздавали на своих плакатах танцующие фигуры В. Серов рисовал Карсавину и Павлову, писал Иду Рубинштейн. Но наиболее популярной моделью стала на рубеже столетий знаменитая танцовщица Лои Фуллер. которая прославилась своим "серпантинным танцем". Эффект этого танца заключался в умелом и ловком манипулировании драпировкой, которая развевалась, изгибалась, повторяла движение тела. Сам этот танец Лои Фуллер был порождением стиля модерн. Не случайно поэтому к ней обратились взоры художников того времени. Пожалуй, не было в истории искусств такой же второй по своей популярности модели. Французские скульпторы Рауль Ларш и Пьер Рош создали скульптурные изображения Фуллер, в которых взлетевшая вверх драпировка, почти в два раза превышающая рост танцовщицы, уподоблена пламени или огромным листьям какого-то причудливого растения. Лотрек не остался в стороне от всеобщего поклонения артистке и в 1893 году создал цветную литографию, в которой фигура Фуллер словно окружена белым облаком, воспарившим ввысь. Австрийский мастер Коломан Мозер нарисовал Фуллер в одной из своих акварелей. Драпировка, раскинувшаяся веером, уподобила балерину гигантской бабочке. Немецкий график Теодор Хайне выполнил рисунок "Серпантинная танцовщица". Список можно было бы значительно расширить. Но и этих работ достаточно, чтобы доказать популярность серпантинного танца и его исполнительницы. Этот танец давал повод для самых различных уподоблений и пластических аналогий. К тому же Лои Фуллер в своих вихревых движениях представлялась современникам новоявленной вакханкой.